От разведчика до общественного лидера: путь Александра Севостьянова

Тыл и фронт. Для многих слово «ветеран» ассоциируется с возрастом и сединой. Но герою нашего материала всего 27 лет. Александр Севостьянов – кадровый военный, участник СВО, а ныне – общественный деятель, возглавивший районный Совет ветеранов с момента его основания.

О том, как вчерашние бойцы возвращаются к мирной жизни и какую миссию они видят перед собой здесь, в тылу, читайте в материале газеты «Мирнинский рабочий».

— Александр Сергеевич, начнем с формального, но важного. Когда и с чего началась история вашей организации?
— Официально наша общественная организация называется «Совет ветеранов специальной военной операции». Она была создана в октябре 2025 года по решению главы района Александра Валинуровича Басырова.

Но инициатива изначально исходила от нас – от самих ветеранов. На момент учреждения нас было трое: Валерий Смирнов, Игорь Тажибаев и я. Все – демобилизованные участники СВО, вернувшиеся домой.

— Вы – кадровый военный. Расскажите о своем пути, который привел вас в эту должность.
— Службу начал в 18 лет со срочной в Хабаровском крае, в учебном полку, затем подписал контракт и убыл на Сахалин в 39-ю гвардейскую мотострелковую бригаду. Начинал с должности разведчика-снайпера, получил специальность армейского снайпера. Позже, после маневров «Восток-2018», возглавил отделение артиллерийской разведки, а перед участием в спецоперации занимал должность заместителя командира взвода управления минометной батареи.

Почему такой выбор? В детстве я был воспитанником кадетской школы-интерната имени Геннадия Трошева в п. Чернышевском. Я сирота, и с детства понял: помощи ждать неоткуда, нужно добиваться всего самому. Служба в армии стала для меня самым мощным инструментом социальной пользы.

Я всегда стремился к тому, чтобы моя жизнь приносила конкретную пользу стране. Поэтому после увольнения в 2022 году я не потерял связи с военным делом – теперь оно продолжается в общественной плоскости.

— Вернемся к Совету. Каковы его ключевые функции? Чем конкретно занимаетесь?
— Направлений три, и все они базовые. Первое – всесторонняя поддержка семей участников СВО и самих бойцов. Второе – увековечение памяти павших. Третье – военно-патриотическое воспитание молодежи.

Если говорить о поддержке, то она складывается из нескольких уровней. Мы принимаем заявления от действующих военных, ветеранов и их семей. Разбираем каждое обращение индивидуально. Мы ведем консультационную работу: получаем свод по назначенным льготам и помогаем участникам СВО разобраться, куда обращаться, какие документы собрать, какие выплаты положены.

Финансирование формируем за счет членских взносов и сторонней помощи. Это позволяет адресно закрывать наиболее острые нужды. Что касается помощи семьям, то здесь все индивидуально.

Чаще всего требуется бытовая помощь: заказать спецтехнику, чтобы почистить двор частного дома, нанять грузчиков для переезда, помочь с ремонтом или доставкой дров – словом, взять на себя те мужские обязанности, которые в отсутствие главы семьи ложатся на женские плечи.

По второму направлению – увековечению памяти – мы работаем плотно, но без лишней публичности. Вместе с военным комиссариатом, если есть время, уточняем информацию о погибших, помогаем в розыске без вести пропавших.

Дмитрий Юрьевич Евстафьев является еще и членом нашего Совета. Участвуем в памятных датах, возлагаем цветы к мемориалам, следим за состоянием памятных мест. Важно, чтобы имена наших боевых товарищей не стирались из памяти района.

Военно-патриотическое воспитание – это, пожалуй, самая живая часть нашей работы. Мы проводим уроки мужества в школах и кадетских корпусах, участвуем в патриотических акциях, квестах, профсоюзных мероприятиях. С кадетской школой-интернатом имени Трошева, которую я сам окончил, теперь сотрудничаем уже на другом уровне – как наставники.

Мы сознательно уходим от формата лекций: общаемся на равных, шутим, отвечаем на вопросы, чтобы у ребят не возникало ощущения, будто пришел «страшный дядя с фронта». Через такое открытое общение мы показываем, что ветераны – это обычные люди, готовые делиться опытом, а не только рассказывать о войне.

— Сколько вас сейчас в организации и как вы подходите к отбору?
— На сегодняшний день в составе 17 человек. Все – участники СВО, ветераны боевых действий. Есть даже четверо действующих военнослужащих, которых мы приняли в период отпусков.

По уставу вступить может любой гражданин РФ, достигший 18 лет, не обязательно ветеран. Но мы сознательно фильтруем. Например, отказываем тем, кто, вернувшись с фронта, выбрал антисоциальный путь реабилитации: глубокое употребление алкоголя, аморальное поведение.

Нам важно сохранять авторитет организации. Одна из наших негласных задач – реабилитация образа ветерана. В обществе, к сожалению, существует стереотип, будто вернувшиеся с войны агрессивны и непредсказуемы. Мы показываем обратное: мы участвуем в общественных мероприятиях и открыты для общения.

— Есть ли конкретные цифры итогов работы? Что сделано за последнее время?
— 1 июля, в День ветерана боевых действий, я сформировал отчет о деятельности за первое полугодие 2026 года. Мы провели более 60 мероприятий военно-патриотической направленности: в школах, кадетских корпусах, на памятных датах. Силами организации на фронт направлено более 2,5 миллиона рублей. В начале года мы отправили полностью подготовленный УАЗ «Хантер» нашему бойцу с позывным «Стрелец».

К сожалению, машину противник уничтожил. Совместно с администрацией района ездили в командировку в зону СВО: передали большой квадроцикл «Сокол», дроны, тепловизоры, гуманитарную помощь от волонтерских штабов.
Кроме того, мы планируем расширять географию. К осени хотим открыть филиалы и назначить представителей в Айхале и Удачном.

— Вы активно работаете с молодежью. Чувствуете разницу между своим поколением и нынешними школьниками?
— Разница ощутима. Мое поколение росло на группе «Любэ», песне «Давай за жизнь», сериале «Спецназ». Из-за этих предпочтений я, наверное, и стал военным. Сегодня на уроках мужества, когда спрашиваю, кто хочет служить, руки поднимают единицы. Сказывается информационный фон, связанный со спецоперацией.

Мы не читаем детям лекций и не рассказываем ужасов. Мы стараемся шутить, разряжать обстановку, чтобы дети понимали: пришел не страшный дядя, а обычный человек. Больше всего мы стараемся отвечать на вопросы, потому что дети спрашивают именно о том, что их действительно волнует.

— Работа в Совете – это общественная нагрузка, по сути, вторая смена. Где вы трудитесь в основной жизни?
– Я работаю в компании «Алмаздортранс». В 2022 году уволился из Вооруженных сил и сразу трудоустроился туда слесарем по ремонту автомобилей. Получил пятый разряд, освоил смежные профессии, сейчас прохожу обучение на машиниста бульдозера. В августе этого года меня назначили главным специалистом отдела документационного обеспечения и административной поддержки руководителей. Совмещать непросто, но я привык к дисциплине.

— Как удается ли совмещать такую нагрузку с семьей?
— Я женат, у меня две дочери. Старшая в этом году идет во второй класс, младшей – скоро годик. Старшую я иногда беру с собой на патриотические акции и уроки мужества. Она пока в силу возраста не все понимает, но очень гордится, когда читает про меня в пабликах или слышит рассказы обо мне.

— Часто говорят, что вернувшимся ребятам трудно найти себя. Есть ли у вас примеры, когда человек сумел перевернуть страницу?
— У нас есть пример военнослужащего, который проходил службу в частной военной компании, до этого отбывал срок в местах лишения свободы. По увольнении он не знал, чем заняться. Мы оказали содействие в трудоустройстве. Сегодня он работает в «Роснефти», ездит на вахты, завел семью, у него родился ребенок. Жизнь наладилась.

— Каким вы видите будущее Совета?
— Мы будем усиливать взаимодействие с военным комиссариатом, администрацией, волонтерскими штабами. Хотим, чтобы организация стала настоящей опорой для ветеранов и их семей. Работа идет, и останавливаться мы не планируем.

Ирина Мейдияйнен

УлуусМедиа